Субэтносы

В начале-середине I тыс. н. э. в междуречье Оки и Волги сформировались племена мари, мери, мокшан, муромы и эрзян. Племена Городецкой культуры испытывают сильное влияние пьяноборских племен, которые в начале нашей эры продвинулись в Западном Поволжье. К этому времени позднегородецкие племена приобретают устойчивый обряд в грунтовых могильниках. К началу второй половины I тысячелетия н. э. между перечисленными племенами возникают заметные различия. В присурской зоне формируется устойчивый обряд погребения головой на юг и наличие среди погребального инвентаря височной спиралевидной подвески с грузиком. (В целом общая черта для приуральских финнов.) В приокской зоне погребенных стали ориентировать головой на северу и очень редко встречается спиралевидная височная подвеска. На их основе учёные установили, что присурская группа племен явилась основой для формирования мокшан, а окская — эрзян. В процессе своего развития как мокшане так и эрзяне имели тесные контакты с различными ираноязычными и тюркоязычными племенами на южных границах своего расселения, а на севере и западе — с балтоязычными

С запада в течение последних 1000 лет наиболее сильное влияние мокша и эрзя испытали от славянских племён. Славянизации были подвергнуты почти все. После подчинения волжских княжеств и ханств Иваном Грозным, мокша и эрзя окончательно стали составной частью московского княжества. До середины 20-го века многие эрзя и мокша сохраняли двуязычность, которая, вероятно, всё больше уступает место русскому языку, как главному и культурообразующему. Ассимиляция, которую испытали волжско-уральские народы, является двунаправленной. Как славяне, численно превосходящие мокшу и эрзя, влияли на «мордву», так и коренное население влияло на вновь приходящих славян.

«По своему происхождению финно-угорские языки не связаны с арийскими, принадлежащими к совершенно иной языковой семье — индоевропейской. Поэтому многочисленные лексические схождения между финно-угорскими и индоиранскими языками свидетельствуют не об их генетическом родстве, а о глубоких, многообразных и длительных контактах финно-угорских и арийских племён.»